R.B. Suleimenov Institute of Oriental Studies
К ПРОБЛЕМЕ ВКЛАДА ПРОФЕССОРА АХМЕТ-ЗАКИ ВАЛИДИ (УАЛИДИ) ТОГАНА В ИЗУЧЕНИЕ ИСТОРИИ ДРЕВНИХ ТЮРОК
Аннотация. Статья посвящена обзору научного наследия ученого-востоковеда, профессора Ахмет-Заки Валиди (Уалиди) Тогана (1890–1970 гг.)*. Возрастание политической субъектности тюркоязычных государств на современном этапе ставят перед необходимостью более детального изучения вклада А.-З. Валиди Тогана, как в становление современного востоковедения, так и в развитие теории и практики государственного строительства. В начале XX в. вместе с деятелями Алаш-Орды Валиди Тоган обосновал и реализовал идею и историческое право тюркоязычных народов на самоопределение. Цель статьи – выявить слабо исследованные аспекты научной деятельности А.-З. Валиди Тогана в 1912–1950 гг., обобщить результаты его трудов по тюркологии. Практическая значимость исследования состоит в выявлении его реального вклада в развитие исторического востоковедения. Наряду с созданием фундаментальных трудов по истории тюркских народов, А.-З. Валиди Тоган впервые ввёл в широкий научный оборот ряд уникальных письменных памятников: рукопись сочинения Ибн Фадлана, один из вариантов текста «Чингиз-наме» Утемиша Хаджи и другие ценные источники. * В научной литературе встречаются разные написания имени и фамилии ученого: например, следующие варианты написания имени: Заки, Ахмет-Заки, Ахметзаки; а фамилии пишутся как Валидов, Валиди, Уалиди, и варианты принятой в эмиграции фамилии Тоган, Туган. В данной статье используется авторское написание имени и фамилии учёного: Ахмет-Заки (А.-З.) Валиди Тоган. Как объяснял сам А.-З. Валиди, имя «Тоган» (Ертоган) принадлежало его деду, и по тюркской традиции было принято ученым в качестве фамилии.
Copyright (c) 2026 КАЗАХСТАНСКОЕ ВОСТОКОВЕДЕНИЕ
СЕМАНТИКО-ФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЦВЕТООБОЗНАЧЕНИЙ В ГИДРОНИМАХ И ТОПОНИМАХ КАЗАХСКОГО И ТУРЕЦКОГО ЯЗЫКОВ
Данная статья посвящена изучению семантико-функциональных особенностей цветообозначений (колоративной лексики) в географических названиях (топонимах и гидронимах) казахского и турецкого языков. Научная новизна исследования заключается в том, что цветообозначения в топонимических системах казахского и турецкого языков рассматриваются не по отдельности, а как единое сравнительное семантическое поле. Этот подход позволяет глубже раскрыть когнитивные и культурные коды ономастической лексики тюркских языков, а также символические сдвиги значений цветообозначений при номинации географических объектов. Задачи исследования включают статистико-лингвистическое определение частотности и ареала использования таких цветообозначений, как «Белый/Ak», «Черный/Kara», «Красный/Kızıl» и «Синий/Mavi» в корпусе казахских и турецких топонимов. Кроме того, к задачам относится классификация функциональных особенностей цветообозначений при передаче дескриптивных (описание реального цвета) и метафорических (объем, направление, качество) значений, а также демонстрация сходств и различий в лингвистических структурах колоративных топонимов путем сравнения словообразовательных моделей (композиция, аффиксация). Цель статьи – всесторонне раскрыть семантико-функциональный потенциал цветообозначений в географических названиях казахского и турецкого языков и научно обосновать их роль в языковой картине мира и этнографическом ландшафте двух тюркских языков. Представленные в статье результаты позволяют авторам определить культурно-когнитивные мотивации, лежащие в основе возникновения колоративных топонимов. Они доказывают генетическую связь топонимических систем, а также демонстрируют отличительные признаки, сформировавшиеся на этапах индивидуального развития.
НАЦИОНАЛЬНЫЙ КОСТЮМ КАК КУЛЬТУРНЫЙ АРТЕФАКТ: РЕПРЕЗЕНТАЦИЯ В ЛИНГВОКУЛЬТУРНОМ ДИСКУРСЕ
В статье национальный костюм рассматривается как культурный артефакт, а особенности его репрезентации в лингвокультурном дискурсе анализируются с теоретико-методологической точки зрения. Целью исследования является описание национального костюма не только как объекта материальной культуры, но и как семиотической и концептуальной структуры, аккумулирующей историческую память этноса, его культурные коды и мировоззренческие ориентиры. В соответствии с поставленной целью в работе решаются задачи анализа национального костюма на уровнях артефакта, концепта и дискурса, выявления его лингвокультурного содержания и механизмов дискурсивной репрезентации. Методологическую основу исследования составляют описательный, сравнительный, концептуальный и дискурсивно-аналитический методы. Научная новизна статьи определяется системным применением аналитической модели «артефакт – концепт – дискурс» при изучении национального костюма и разработкой модели его репрезентации через структурные компоненты лингвокультурного дискурса. Результаты исследования теоретически обосновывают роль национального костюма в передаче культурного кода, формировании этнической идентичности и процессах культурной коммуникации. Доказано, что в лингвокультурном дискурсе национальный костюм репрезентируется как значимый культурный знак, отражающий ценности этноса, традиционное мировоззрение и исторический опыт. Полученные выводы обладают теоретической и практической значимостью для исследований национального культурного наследия на материале языка.
ТЮРКИ-ШАТО - «ИСЧЕЗНУВШИЙ» ЭТНОС ЖАТ: «ПЯТЬ ДИНАСТИЙ КИТАЯ»
Аннотация. В статье рассматривается история древней народности тюрк-шато «Пяти династий Китая» в контексте взаимоотношения народов прототюркского происхождения людей Туркестана, династии Тан и Индокитая. Впервые анализируются работы, использовавшие термин «шато». как «шат - о», «багаргарам», «жете», или «тсат», «сот» и «жахед». Автор использует древнее название этноса и ставит цель доказать, что не только «династия Тань», где созданы «Пять династий Китая», но и вся ЮВА с этим языком, едины и взаимосвязаны, хотя существуют разные названия, производные от казахского «жат» и русского, «иноземцы». Для этого автор использует метод «дискурсивного анализа Фуко», когда допускается дискретность и неструктрированность сведений мыслей автора. Народ «жат» не исчез, его название существует как «развитие» некоторых народов (Индия) или название их языка (вся ЮВА).
СТАРОКАЗАХСКИЙ ПИСЬМЕННЫЙ ЯЗЫК В КОНТЕКСТЕ ПИСЬМЕННОЙ ТРАДИЦИИ ВОСТОКА
Цель статьи заключается в раскрытии типологического характера староказахского письменного языка, отражающего его принадлежность к книжной системе исламской цивилизации на основе универсальной теории письменной традиции и комплексного анализа данного явления. В задачи исследования входят: уточнение понятий книжный язык, среднеазиатский письменный литературный язык, чагатайский язык в связи с феноменом староказахского письменного литературного языка; определение понятия арабо-персидской (исламской) письменной традиции в лингвистическом и цивилизационном аспектах; выявление языковых и дискурсивных признаков арабо-персидской письменной традиции в текстах староказахского письменного языка; определение роли староказахского письменного языка, опиравшегося на письменную традицию в пространстве исламской цивилизации, в истории казахской интеллектуальной культуры. Объект исследования — староказахский письменный литературный язык как историко-лингвистическое и культурное явление. Предмет исследования — типологические, функциональные и жанрово-стилистические характеристики староказахского письменного языка. Гипотеза исследования состоит в том, что арабо-персидская (исламская) письменная традиция выступала цивилизационно-лингвистическим эталоном, оказавшим влияние на структурное, функциональное и жанровое формирование староказахского письменного языка. Сравнение редукционистского подхода советского периода, стремившегося игнорировать староказахский письменный язык, с концепцией islamicate показало необходимость рассмотрения данного явления как многогранного культурно-языкового феномена, не ограниченного исключительно религиозным дискурсом. Материал исследования составляют тексты староказахского письменного языка, записанные арабской графикой: летопись Кадырали Жалаири «Жами’ ат-таварих» (XVI в.), а также кысса-дастаны, опубликованные в начале XX века. Кроме того, привлекаются исследования, посвящённые староказахскому письменному языку (Р. Сыздыкова, Б. Абилкасымов, Г. Мамырбек). Теоретико-методологическую основу исследования письменной традиции Востока составляют труды Дж. Гуди, М. Ходжсона, У. Онга, Ш. Поллока и др. В статье применяются историографический, сравнительно-исторический и лингвистический методы анализа. Научная новизна исследования заключается в выявлении комплексного влияния письменной традиции на языковые структуры. Староказахский письменный язык впервые рассматривается как система, сформированная в историко-культурном контексте, опирающаяся на канонические образцы и нормы и выработавшая собственные нормы письменного дискурса.
ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЭТНОНИМА «КАНГЛЫ» И ЕГО ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ
Племя канглы — одно из крупных племен, которое с XII–XIII веков встречается в исторических источниках и сыграло важную роль в этногенезе тюркских народов. История этого племени глубоко укоренилась в составе современных казахов, узбеков, кыргызов, каракалпаков и башкир. Некоторые исследователи связывают происхождение канглы с государством Кангюй, описанным в китайских хрониках во II веке до н.э. Это государство располагалось на западе Жетысу и на востоке Аральского моря. Однако после периода Кангюй сведения о канглы надолго исчезают и снова появляются только с XII века. По этой причине ряд зарубежных и отечественных исследователей считает целесообразным рассматривать историю племени канглы именно с этого периода. Существует четыре основных научных гипотезы происхождения племени канглы. Первая: канглы — прямые наследники государства Кангюй. Вторая: они рассматриваются как этническая группа, сформировавшаяся в составе союза Кангар. Третья гипотеза предполагает родство канглы с кипчакскими племенами. Четвёртая связывает их с союзом Гаогюй. В данной статье научные гипотезы о происхождении племени канглы рассматриваются на основе выводов отечественных и зарубежных учёных, а также уточняется роль этнонима в этногенезе тюркских народов. Результаты исследования позволяют глубже понять историю и этнические основы племени канглы и демонстрируют актуальность данной темы в современной тюркологии.
ТОПОНИМИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ ТЮРКСКОГО ПРОСТРАНСТВА XI ВЕКА: НА МАТЕРИАЛЕ I ТОМА «ДИВАН ЛУГАТ АТ-ТЮРК»
Аннотация. В статье проводится системное историко-лингвистическое и историко-географическое исследование комплекса топонимов Центральной Азии и Восточного Туркестана (современного Синьцзяна), представленных в I томе труда выдающегося тюркского учёного XI века Махмуда Кашгари «Диван лугат ат-турк». Объектом исследования выступают различные типы географических названий — ойконимы (названия городов и поселений), гидронимы (названия рек и озёр), оронимы (названия гор, перевалов и пустынь), а также этнополитические топонимы (названия стран, государств и племён). Для каждого названия определяются семантическая мотивация, морфемная структура, топонимообразующие форманты, варианты в исторических источниках и соответствие современным географическим объектам на основе историко-сравнительного, этимологического и ономастического анализа. В ходе исследования показано, что топонимы в труде Кашгари отражают не только географические объекты, но и систему расселения тюркских народов XI века, направления миграций, политические границы, хозяйственно-культурные особенности и пространственную картину мира кочевой цивилизации. Особое внимание уделяется картографическим материалам, сопровождающим «Словарь», на основе которых реконструируется средневековая модель тюркского пространства. Сопоставление с китайскими, арабо-персидскими письменными источниками и современными научными исследованиями позволило уточнить историческую идентификацию ряда топонимов, а также предложить новые выводы относительно их этимологии и ареала распространения. Результаты исследования представляют значительную ценность для тюркологии, исторической географии, ономастики и этнолингвистики и способствуют реконструкции средневекового исторического пространства Центральной Азии и Синьцзяна.
ТРАКТАТ М.Ж. КОПЕЕВА «РИСАЛА-ЙИ ЖАНАЙИЗ»: КОДИКОЛОГИЯ, АТРИБУЦИЯ, КРИТИЧЕСКИЙ ТЕКСТ
Аннотация. В статье представлен кодикологический, текстологический и источниковедческий анализ труда Машхур Жусипа Копеева «Рисала-йи жанайиз». Объектом исследования стали две рукописные версии: версия А, хранящаяся в папке №1171 фонда редких книг и рукописей Центральной научной библиотеки «Ғылым ордасы» Комитета науки Министерства науки и высшего образования Республики Казахстан, и версия Б, находящаяся в семейном архиве. Текст, ранее опубликованный в 20-томном собрании сочинений Машхур Жусипа Копеева под названием «Діни уағыз (бесінші нұсқа) / «Религиозная проповедь (пятая версия)», подвергнут повторному исследованию; установлено его подлинное название и жанровая природа, доказано, что это самостоятельный трактат «Рисала-йи жанайиз». В статье описываются структура рукописей, характеристики бумаги, тип письма (настʿалик), почерковые особенности переписчиков, расположение листов и текстологические дефекты, а также излагаются принципы составления критического текста на основе двух версий. Критический текст представлен в арабской графике, сопровождается транслитерацией латиницей и современным казахским переводом. В ходе исследования выявлены языковые особенности труда (тюрко-чагатайская основа, арабо-персидская лексика, казахские, татарские и турецкие элементы), а также его источники (классические труды ханафитского мазхаба, аяты Корана и хадисы). Проанализированы вопросы похоронных обрядов, наследования (мирас), фидьи, иската и даура. Социально-этическая критика, отражённая в тексте, в частности проблемы наследственных прав женщин и искажения погребальных практик, сопоставляется с другими произведениями Машхур Жусипа Копеева для уточнения авторской атрибуции. В заключение делается вывод о том, что «Рисала-йи жанайиз» представляет собой не только религиозно-правовой трактат, но и ценный источник по изучению правовой, этнографической и духовной жизни казахского общества XVIII–XIX веков. Введение произведения в научный оборот на основе критического текста способствует новому осмыслению наследия Машхур Жусипа Копеева и развитию исследований казахской исламской письменной традиции.
ЯЗЫКОВЫЕ ПРОЦЕССЫ В СРЕДНЕТЮРКСКИЙ ПЕРИОД И ПИСЬМЕННЫЙ ПАМЯТНИК «СРЕДНЕАЗИАТСКИЙ ТАФСИР »
Основной целью статьи является анализ лингвистических процессов в среднетюркскую эпоху, а также оценка лингвистической природы письменного памятника «Среднеазиатский тафсир» как значимого источника по истории тюркских языков. В ходе изучения данной проблемы широко использовались историко-сравнительный и диахронно-синхронный методы, а также типологические сравнения, интерпретационные и нарративные методы. В среднетюркскую эпоху, охватывающую XI-XV века, историко-культурные процессы формирования письменных литературных языков, начавшиеся в древнетюркский период и продолжавшиеся в Средние века, вышли на новый качественный уровень. Это было обусловлено развитием государственности, расширением культурных и религиозных связей, а также активным функционированием письменности в различных регионах Средней Азии и Дешт-и Кыпчака. Основными результатами работы являются выявление тесной связи между культурными центрами и литературными традициями. С опорой на мнения ведущих учёных было доказано, что языковая традиция, зародившаяся в письменном наследии Караханидов, сохранилась в Хорезмской области и Кыпчакской конфедерации и получила дальнейшее развитие в чагатайском литературном языке. Результаты исследования могут быть использованы в сравнительной лексикологии тюркских языков, истории казахского языка и тюркологии. В заключение показана лингвистическая специфика «Среднеазиатского тафсира» и обоснована необходимость его сравнительного исследования с современными кипчакскими языками, включая казахский язык.
МНОГОЯЗЫЧНОЕ РУКОПИСНОЕ НАСЛЕДИЕ КАЗАХСТАНА: КУЛЬТУРНАЯ ПАМЯТЬ, ФОРМИРОВАНИЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО КАНОНА И ТЕКСТУАЛЬНАЯ ТРАНСМИССИЯ АРАБСКИХ, ПЕРСИДСКИХ И ЧАГАТАЙСКИХ ТРАДИЦИЙ (НА БАЗЕ ФОНДОВ ЦЕНТРАЛЬНОЙ НАУЧНОЙ БИБЛИОТЕКИ)
В статье рукописный комплекс на арабском, персидском и чагатайском языках, хранящийся в фондах Центральной научной библиотеки Республики Казахстан, рассматривается как феномен многоязычного интеллектуального наследия. Исследование трактует арабский язык как каноническую текстуальную основу исламской образовательной системы и направлено на выявление его роли в формировании региональной культурной памяти и традиции медресе. Рукописный фонд интерпретируется не как совокупность библиографических единиц, а как культурно-интеллектуальная структура, отражающая механизмы распространения, адаптации и исторической преемственности научного канона. В работе применены количественной анализ, текстологическая типология и сравнительный метод, что позволило определить языковое соотношение и тематические направления корпуса. Показано, что арабские тексты выступали основой в области права, грамматики, суфизма и религиозно-дидактической литературы, расширяясь через персидские и чагатайские интерпретации и поэтические переработки. Результаты подтверждают, что данный корпус отражает целостную и многоуровневую структуру исламского интеллектуального пространства Центральной Азии. Эмпирическую основу исследования составляет фонд Центральной научной библиотеки комплекса «Гылым ордасы». Данный фонд является одним из наиболее репрезентативных собраний, в котором сосредаточена основная часть исламского рукописного наследия Казахстана, и обладает особой значимостью для введения в научный оборот. Цель исследования- проанализировать опыт систематизации арабоязычных рукописей и редких печатных изданий, хранящихся в фонде Центральной научной библиотеки РГП «Гылым ордасы», с позиций теорий культурной памяти, канонообразования и текстовой трансмиссии. Кроме того, исследование направлено на выявление роли арабоязычных текстов в формировании исламской интеллектуальной традиции на территории Казахстана и в процессе передачи исторического знания из поколения в поколение. Иными словами, рукописи рассматриваются не только как библиографические объекты, но и как материальное выражение интеллектуальной преемственности и региональной сети знания. Во-первых, определяется содержательная, тематическая и функциональная структура канонических арабоязычных рукописей, сохранившихся на территории Казахстана, и осуществляется их систематизация с целью создания научной базы для последующих кодикологических и текстологических исследований. Во-вторых, посредством анализа взаимосвязей канонических текстов, написанных на арабском языке, с традициями их толкования и адаптации на персидском и чагатайско-тюркском языках описывается структурная модель многоязычного интеллектуального пространства. Благодарность: Статья подготовлена в рамках реализации проекта програмно-целевого финансирования Комитета науки Министерства науки и высшего образования Республики Казахстан BR28712621 «Рукописное наследие Казахстана: реестрирование, реставрация, научная каталогизация, оцифровка и комплексные кодикологические исследования».
СВЕДЕНИЯ О ПРОИСХОЖДЕНИИ ЭТНОНИМА «КИПЧАК» В УСТНЫХ ИСТОЧНИКАХ
Автор статьи ставит перед собой задачу – осветить этимологию этнонима «кипчак», опираясь на данные устных источников. Основным источником выбран турфанский список эпоса «Огуз-наме», зафиксированных древнеуйгурским письмом в XIII веке. Источник содержит сведения о происхождении большинства тюркских племен более раннего периода истории, которые отличаются от данных хроник позднего периода. История происхождения тюркских племен, передаваемые в эпосе, изучены в сравнительном аспекте с данные, заключенными в таких исторических трудах средневековья, как «Джами ат-таварих» Рашид ад-Дина, «Тарих-и арбаʻ улус» Мирзы Улугбека, «Шаджира-и таракима» Абу-л Гази Бахадир-хана. В круг исследования привлечен поэма туркменского поэта Нурмухаммета Андалыпа «Огуз-наме». Поэтический вариант истории Огуз-кагана свидетельствует о традиции тюркских народов, создания «Огуз-наме». Новизной статьи является освещения вопроса. При помощи использования методов источниковедческого анализа показаны коррективы, внесенные временем в объяснение происхождения отдельных тюркских племен. В процессе работы выявляются некоторые архаизмы, связанные с названиями рек, растительности. Делается вывод, что устные источники более раннего периода истории, зафиксированные письменностью древности и средневековья, позволяют раскрыть изменения, происходящие в культуре тюркских народов под влиянием религии и меняющегося духовных ценностей. Ключевые слова: устные источники, рукопись, поэма, традиция, этноним, тюркские племена, Центральная Азия.
ИЗУЧЕНИЕ ВОСТОЧНОЙ МЕДИЦИНЫ: НА ОСНОВЕ ЗАПАДНЫХ ИСТОЧНИКОВ
Аннотация. Наряду с питанием, одеждой и продолжением рода, здравоохранение и лечение болезней относятся к числу основных потребностей человечества. Так же как каждая страна имеет свою национальную одежду, кухню, музыку и обычаи, хорошо известно, что у каждой страны есть свои национальные методы и виды лечения, которые развились на основе жизненного опыта. Когда речь заходит о восточной медицине, в первую очередь на ум приходят китайская, индийская, персидская и тюркская медицина, тогда как западная медицина ассоциируется с греческой и латинской медициной. Цель этой статьи – рассмотреть взаимосвязь между восточной и западной медициной. Для Запада Восток всегда считался волшебным, загадочным миром, полным чудес. На каждом этапе истории подавляющее большинство купцов, послов и путешественников, приезжавших в Центральную Азию, Китай, Индию и Персию, писали мемуары и путевые заметки. Исторические записи показывают, что в течение последних трех столетий, в результате развития международных отношений и коммуникаций, к их рядам присоединились также военные, политические и религиозные деятели. Новизна исследования в данной статье заключается в сравнительном анализе сочинений этих иностранных деятелей, что позволяет провести документальное исследование информации о народной медицине восточных народов. Цель исследования – установить, что наряду с народной медициной восточных народов в зарубежных источниках отражены казахская народная медицина, методы лечения, названия и понятия болезней и недугов. В ходе исследования используются методы источниковедения, сравнительного анализа, историко-этнографического анализа. Результаты исследования показывают их отношение к восточным искусствам исцеления и культуре на основе информации, представленной в отчетах, мемуарах и путевых заметках иностранных путешественников, купцов, политических, государственных и военных деятелей.
ЗНАЧЕНИЕ КАРТ В ИЗУЧЕНИИ ИСТОРИИ И ЦИВИЛИЗАЦИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА: СРАВНИТЕЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ КАРТ ДРЕВНЕГО ЕГИПТА И МЕСОПОТАМИИ
Аннотация. В данной статье рассматривается роль исторических карт как научного и культурного феномена в истории развития человечества. От древнейших изображений план местности на глиняных табличках до современных цифровых карт, основанных на технологиях GIS, прослеживается, что карты служили не только средством ориентирования, но и отражением политической власти, религиозного мировоззрения и технологического прогресса. В исследовании обсуждаются основные этапы эволюции картографии, также роль в формировании человеческих представлений о пространстве, времени и идентичности. Подчеркивается, что картография – это наука, сложившаяся в глубокой древности и непрерывно развивавшаяся, при этом системно рассматриваются её научные, культурные и политические функции. В работе проводится сравнительный анализ картографических традиций древних цивилизаций Месопотамии и Египта, а также пространственных представлений в средневековом исламском и христианском мировоззрении. Отдельное внимание уделяется значению картографии в эпоху Великих географических открытий и в контексте колониальной идеологии, а также её роли в формировании национальной идеологии как противовеса колониальным установкам. Кроме того, в статье современные карты рассматриваются как влиятельный инструмент в формировании территориальной целостности, национальной идентичности, исторической памяти и геополитических стратегий. Показано, что современная цифровая картография в условиях сложной и изменчивой геополитической ситуации становится важнейшим инструментом глобальной политики и культуры. Для государств, подобных Казахстану, переживших колониальное прошлое, с искажёнными историческими топонимами и актуальными вопросами территориальной целостности, значение исторических карт приобретает особую значимость. В заключение глубоко анализируется влияние и трансформация картографии в научной, политической и духовной сферах, раскрываются её современные геополитические применения и роль в обеспечении целостности и устойчивой независимости государства.
Дукен Масимханулы: Институциональное развитие и стратегическое значение востоковедения в Казахстане.
В этом году Институту востоковедения имени Р. Б. Сулейменова исполняется 30 лет. Основанный в 1996 году, в период становления независимости Казахстана и формирования дипломатических связей со странами Востока, сегодня он превратился в ведущий научно-исследовательский центр востоковедения в Центральной Азии. Генеральный директор Института, доктор филологических наук, профессор, известный ученый-китаевед Дукен Масимханович, рассказал о тридцатилетнем пути учреждения, стратегическом значении науки и планах на будущее.
АФГАНИСТАН: ЭТНОГЕНЕЗ ПУШТУНСКОГО НАРОДА
В данной статье рассматривается формирование кочевого пуштунского народа как этноса и нации. Новизна исследования заключается в анализе общности происхождения пуштунов с кочевыми тюркскими народами. Анализ ведется в сопоставлении разных источников, которыми могут быть как исторические сведения авторов разных периодов от древности до Нового времени, так и литературные произведения поэтов тех времен. Цель исследования заключается в том, что пуштуны являются потомками древних саков. Задачей данного исследования является выявить многовековое наслоение различных кочевых и оседлых народов на обширных просторах территории современного Афганистана и Пакистана, а также создание ими полиэтнических государств (Делийский султанат, Хаттакское княжество, империя Дуррани и другие), игравшие значительную геополитическую роль в контексте взаимодействия стран Центральной и Южной Азии, а также Ближнего и Среднего Востока (в борьбе с Персией). Рассматриваются участие кочевых народов в формировании многих древних государств (Ахеменидской, Македонской, Кушанской империй), включение в состав средневековых государств (Газнавидов, Монгольской и Великих Моголов), а также их связующей роли в центральноазиатском и южноазиатском регионах в эти периоды. Целью статьи является изучение формирования афганских кочевников в древности, средневековье и новое время. В статье преимущественно используются текстологический и сопоставительный методы анализа, позволяющие определить влияние исторических фактов и географических факторов. Представленные в статье результаты позволили авторам сделать вывод о том, что племенной строй и образ жизни афганских кочевников формировались на протяжении веков. Изложенный в статье материал позволил авторам сделать вывод о существовании у афганских кочевников многовековой стратегии ведения войн и торговли, предусматривающей использование всех принципов племенного уклада, обороны и наступления на внешних врагов, использовании дипломатии и других способов политики.
К ВОПРОСУ О ТЮРКСКОМ ПРОИСХОЖДЕНИИ БАШЕННЫХ МАВЗОЛЕЕВ ИРАНА В X-XIV ВВ.
Аннотация. Башенные мавзолей построенные в период правления тюркских династии такие как газневидов, сельджукидов и ильханидов встречаются на обширном пространстве Ирана и на сопредельных территориях – в Закавказье, в Афганистане. Выявлены, что архитектурные памятники данного типа были построены и в степях Евразии еще задолго до ислама. Установлено, что появление башенных мавзолеев в Иране–одно из проявлений тюркско-иранского культурного симбиоза. Выяснилось, что время построение первых памятников данного типа соответствует со временем появление первых тюркских племен на территории Ирана. В работе, основанной на исследовании архитектурных памятников, а именно, башенных мавзолеев построенных на территории Ирана и Казахстана, характеризуются взаимоотношения исламской культуры и кочевой цивилизации в X-XIV вв. Обращается внимание на духовно-культурные последствия завоевания тюрками Ирана. На примере башенных мавзолеев, построенных в евразийских степях, прослежено культурное наследие кочевников Центральной Азии в Иране. Выявлены, что данные архитектурные памятники имеет прямое отношение с традиционным жилищем тюрков–юртой, которая в свою очередь связанная с мировоззрением кочевников. Юрта является памятником материальной культуры тюрко-монгольских этносов, окультуренное пространство кочевников, микрокосмос, мир, где живет семья, где рождается кочевник, растет, создает семью, происходит передача ценностей, уходит в мир иной. Полученные результаты позволили освещать значение традиционного мировоззрения кочевников в развитии данного компонента материальной культуры иранцев.
Аннотация. Развитие современного Китая и рост его влияния все больше привлекают внимание исследователей. Здесь особое внимание уделяется двум вопросам: первый-последствия усиления Китая и его способности влиять на международную систему; второй-как Китай использует свою мощь для ведения своих национальных интересов. Анализ имеющихся исследований показывает, что Китай оказывает значительное влияние на мировые и региональные процессы. Благодаря различным представленным им концепциям, вопросы о том, насколько Китай в будущем повлияет на существующую международную систему и насколько активно Китай может играть роль в управлении региональными и глобальными процессами, приводят исследователей к неоднозначным мнениям. В этой связи цель исследования статьи – эмпирически оценивать не только эволюцию концепций безопасности КНР, но и степень перехода от традиционных принципов («принципы мирного сосуществования») к зарубежным инструментам защиты экономических интересов и нормотворческим инициативам (в частности, Инициатива глобальной безопасности). Новизна статьи - систематическое сравнение содержания китайских «Белых книг» (2013-2019) и проведение официального контент-анализа Инициативы глобальной безопасности с учетом практических мер защиты национальных интересов КНР. В ходе достижения данной цели авторами были составлены обзоры различных изменений и поворотов, касающихся современной мировой безопасности, в связи с чем поставлены задачи анализа концепций безопасности на последних этапах развития КНР, оценки их изменений. При проведении исследования использовались общенаучные и специально-научные методы, а также метод контент-анализа. Результаты исследования позволяют глубже понять роль и особенности повышения национальной безопасности в связи с тем, что изменения концепций безопасности КНР напрямую связаны с политико-экономическим развитием страны и, поскольку в центре внимания находятся китайские интересы, и эти результаты могут быть полезны политологам, регионоведам, а также специалистам в области внешней политики и дипломатии.
СОЦИАЛЬНАЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ СИЛА В ЭПОХУ ОСМАНСКОЙ ИМПЕРИИ: БРАТСТВО АХИ – ФЕНОМЕН АХИЗМА
В общетюркской лексике не так много слов, которые бы вмещали в себя столь широкий спектр значений, включая обозначение уникального религиозного и социально-общественного, в том числе и экономического. явления. Одним из таких слов является Ахи, как имя собственное, и ахилик – нарицательное. Изначально, основываясь на суфийское мировоззрение, оно имело религиозно-философский смысл, но со временем подвергалось семантической трансформации и приобрело новые значения. В итоге, ахилик приняло обозначение крупной общественно–политической и экономической силы, наибольший расцвет и распространение которой наблюдается в эпоху Османской империи. В русской терминологии ахилик или ахизм значится как «ахийское братство» или «общество ремесленников и купцов», основанное на принципах солидарности, исламской этики, честного труда и взаимопомощи. Со временем мировоззрение и могущество ахийцев усиливаются в сфере юруспруденций, вследствие чего, представители высших эшелонов власти и религиозная знать начинают признавать и придавать значение рекомендациям ахийцев по многим вопросам, в том числе по изданию государственных указов и нормативных актов. На статус и могущество ахийцев не смогли оказать влияние ни время, ни правители. Напротив, турецкое общество стало руководствоваться моральными постулатами и этическими нормами ахийцев, эквивалентных казахским: обал болады – не причиняй вреда, зла; жаман болады – будет худо; ұят болады – неприлично, стыдно. Общественная активность ахийцев, можно сказать, послужила неким триггером в упорядочении коммерческой деятельности малого, среднего и крупного бизнеса Османской империи. В данной статье предприняты действия по обобщению обзора тематических исследований, касающихся роли ахийцев в истории Османской империи, а также по рассмотрению лексики и этимологии смыслообразующих терминов и понятий, как мутасаввыф, текке, фүтүввет, еснаф, кетхүда и баккалшы. Приведены иллюстративные примеры из произведений средневековых мыслителей и поэтов, в числе которых Юнус Эмре и Шейх Галиб, воссоздавших художественный образ основателя ахийского братства - Ахи Эврана. Помимо трудов, переведенных на казахский язык, были использованы данные из толковых словарей и исследований на турецком языке.
РЕАЛИЗАЦИЯ БРЕСТ-ЛИТОВСКОГО ДОГОВОРА В ВОСТОЧНОЙ АНАТОЛИИ
Брест-Литовский договор, подписанный 3 марта 1918 года, является важным дипломатическим документом, который положил конец Кавказскому фронту Первой мировой войны между Османской империей и Советской Россией и установил новые пограничные соглашения между сторонами. Одна из наиболее примечательных статей договора предусматривала возвращение Османской империи городов Карс, Ардаган и Батум, которые были уступлены России по Берлинскому договору, подписанному после Русско-турецкой войны 1877-1878 годов. Процесс реализации договора в Восточной Анатолии представлял собой не просто дипломатическое урегулирование границ, но также привел к многомерным событиям, таким как военные операции, административная организация и реинтеграция населения региона под османское правление. В период с марта по апрель 1918 года османская армия продвинулась на Кавказ и фактически заняла территории, определенные в рамках положений договора. В ходе этого процесса напряженность в отношениях с армянским населением региона, миграционные движения и местное сопротивление также были среди значимых событий. Реализация Брест-Литовского договора рассматривалась как военное и политическое достижение для Османской империи, однако долговечность этих достижений была ограниченной. С поражением Османской империи в Первой мировой войне в конце того же года и подписанием Мудросского перемирия указанные регионы вновь быстро вышли из-под османского контроля. Таким образом, реализация Брест-Литовского договора в Восточной Анатолии представляет собой временный, но стратегически важный период в османской истории.
ОТ ТРАНЗИТНОГО МАРШРУТА К ЭКОНОМИЧЕСКОМУ КОРИДОРУ: «СРЕДИННЫЙ КОРИДОР» КАК ФАКТОР ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЯ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ КАЗАХСТАНА И КИТАЯ
Статья посвящена анализу Срединного коридора как фактора переосмысления логистического взаимодействия между Казахстаном и Китаем в условиях трансформации евразийской геоэкономической архитектуры. Цель исследования заключается в выявлении структурной роли Срединного коридора в системе маршрутов «Восток–Запад» и «Север–Юг», а также в оценке его влияния на позиционирование Центральной Азии как транзитного и экономического узла. Значимость работы обусловлена тем, что коридор рассматривается не только как транспортная альтернатива Северному маршруту, но и как инструмент перераспределения влияния между Китаем, ЕС, Россией и странами региона. Научная новизна исследования состоит в смещении акцента с сугубо инфраструктурных параметров на институциональное и геоэкономическое измерения: Срединный коридор трактуется как формирующийся экономический коридор, интегрирующий транспортные, нормативные и торгово‑политические компоненты. В качестве научных задач выступают: анализ динамики грузопотоков и контейнеризации по ключевым участкам маршрута; выявление «бутылочных горлышек» портовой и железнодорожной инфраструктуры; оценка роли Казахстана как системообразующего транзитного узла; интерпретация стратегии Китая по диверсификации сухопутных связей. Практическая значимость статьи заключается в формулировании условий, при которых Срединный коридор может перейти от статуса транзитного маршрута к полноценному экономическому пространству, что актуально для выработки национальных и региональных транспортно‑логистических стратегий. Методологическая основа исследования включает системный и структурно‑функциональный подходы, элементы сравнительного анализа транспортных коридоров, а также контент‑анализ статистических, нормативных и экспертных источников. Эмпирическую базу составляют международная и национальная статистика, аналитические отчёты международных финансовых институтов и рецензируемые работы казахстанских, российских и китайских авторов. Основные результаты показывают, что при сохранении инфраструктурных ограничений Срединный коридор уже обеспечивает качественную диверсификацию потоков и усиливает транзитную функцию Казахстана, однако его долгосрочная эффективность будет зависеть от создания наднациональных координационных механизмов, углублённой цифровизации и диверсификации грузовой базы. В заключении обосновывается, что успешная институционализация коридора способна повысить субъектность Центральной Азии в глобальной торговле и снизить уязвимость региона перед внешними геополитическими шоками.
ГОСУДАРСТВЕННАЯ ПОЛИТИКА ОАЭ В РАЗВИТИИ НАУКИ
В статье рассматриваются государственные программы Объединенных Арабских Эмиратов (ОАЭ) по развитию исследований и их достижения в науке. Главный исследовательский вопрос этого статьи заключается в том, эффективна ли государственная политика в области исследований и разработок в ОАЭ. Наши результаты показывают, что благодаря государственной поддержке науки и исследований страна может достичь значительных результатов в экономике, основанной на знаниях. В этом исследовании авторы использовали анализ документов, обзор литературы и количественные методы. Данные для этого исследования были собраны из рецензируемых научных журналов, доступных официальных отчетов на их веб-сайтах и официальных отчетов.
ДИАЛОГ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ КАЗАХСТАНА, РОССИИ, КИТАЯ ЧЕРЕЗ СИМВОЛИКУ ДЕРЕВЯННОГО ЗОДЧЕСТВА В ПРИГРАНИЧНОМ ГОРОДЕ ЖАРКЕНТ
Статья посвящена исследованию визуальных памятников деревянного зодчества приграничного города Жаркента. Архитектурное развитие города определялось интенсивными контактами между культурами Центральной Азии, Китая и Российской империи. Целью исследования является выявление семиотических и культурно-исторических смыслов декоративных элементов, формировавших архитектурную идентичность городской среды во второй половине XIX – начале XX века. Задачей работы стало определение того, каким образом через орнаментальные мотивы осуществлялся диалог взаимодействия культур Казахстана, России, Китая сохраняя присущую функциональность, эстетические нормы и сакральные представления. Методологическую основу исследования составили полевые наблюдения, сравнительный анализ визуальных памятников, архивных докуменов, а также семиотический разбор орнаментальных структур. Новизна исследования заключается в интерпретации архитектуры Жаркента как «культурного кода», в котором через систему символов отражён синтез славянской, исламской и китайской художественных традиций. Полученные результаты демонстрируют, что декоративные элементы деревянного зодчества выполняли и утилитарно-эстетическую, и охранно-магическую функцию, обеспечивая визуальную фиксацию локальной идентичности. Исследование показывает, что городская архитектура Жаркента представляет собой значимый пример трансграничного культурного взаимодействия, закодированного в материальном пространстве.
ИССЛЕДОВАНИЕ СОТРУДНИЧЕСТВА КАЗАХСТАНА И ТУРЦИИ В ОБЛАСТИ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ
Статья посвящена историографическому анализу трудов исследователей, в которых сформулированы научные выводы по проблемам сотрудничества в сфере высшего образования между Республикой Турции и Республикой Казахстан – братскими государствами с «общими историческими корнями». При этом Турция стала одной из первых стран, признавших независимость тюркоязычных государств после распада Советского Союза. Научная новизна статьи заключается в выявлении возможностей и проблем сотрудничества в сфере высшего образования между Республикой Казахстан и Республикой Турция на основе анализа вопросов, поднятых в работах казахстанских, турецких и российских исследователей, рассматривающих мероприятия, реализованные в данной области. Основная цель исследования – в условиях интернационализации образования, анализируя проблемы сотрудничества двух стран в сфере высшего образования, определить круг вопросов, на которые обращают внимание исследователи, изучающие политику Турции в области высшего образования в Казахстане (включая Центральную Азию). В ходе исследования авторы приходят к следующим выводам: Турция одной из первых в 1990-е годы оказала содействие Казахстану, перешедшему к рыночной экономике, в решении кадровых вопросов и способствовала интернационализации системы высшего образования. Кроме того, содействуя созданию общих платформ, объединяющих тюркоязычные народы, Турция усиливала свою роль во внешней политике. Вместе с тем политика «мягкой силы» в сфере культуры и образования, выражающаяся в поддержке молодежи Центральной Азии в получении высшего образования в Турции, способствовала превращению страны в академически привлекательный хаб, а активная деятельность по подготовке кадров в различных отраслях повысила ее авторитет как одного из ключевых игроков в регионе.
СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ПЕРЕХОД ЯПОНИИ НА ЭЛЕКТРОМОБИЛИ: ОПЫТ И ВОЗМОЖНОСТИ ДЛЯ КАЗАХСТАНА
В статье рассматривается стратегия перехода Японии на электромобили и её практическое и стратегическое значение для Казахстана. Цель исследования — проанализировать уроки, извлечённые из политики Японии в сфере электрического транспорта, и предложить пути их эффективного применения в казахстанских условиях. Научная новизна исследования заключается в сравнительном анализе недавних инфраструктурных реформ и технологических трансформаций Японии с развивающимся рынком электромобилей в Казахстане. В ходе исследования применялись методы сравнительного и контент-анализа, а также сбор официальных статистических данных. В ходе исследования были использованы методы сравнительного анализа, контент-анализа и сбора официальных статистических данных. Кроме того, документальный анализ и системный подход позволили комплексно оценить промышленную политику Японии и её инфраструктурные программы. Метод качественного контент-анализа применялся для систематизации ключевых тенденций и выводов, представленных в международных и национальных источниках. Комплексное применение указанных методов повысило научную обоснованность исследования и позволило разработать прикладные рекомендации для Казахстана. Научная задача статьи — охарактеризовать политику государственной поддержки, исследовательские инициативы и рыночные регуляторные инструменты Японии с целью выработки рекомендаций для Казахстана. Практическая значимость заключается в выявлении возможностей адаптации японского опыта для развития производства электромобилей и сопутствующей инфраструктуры в Казахстане. В результате выявлены причины технологического отставания Японии и основные направления её текущей политики обновления. Для Казахстана предложены конкретные рекомендации, включая развитие зарядной инфраструктуры, сотрудничество с научными центрами и продвижение производства зелёного водорода. Кроме того, японский опыт в решении кадровых проблем и изменениях в технологиях аккумуляторов может служить важным ориентиром для национальной инновационной стратегии.
КУЛЬТУРНЫЕ ОСНОВЫ ЯПОНСКОЙ И КАЗАХСКОЙ СИСТЕМ ОБРАЗОВАНИЯ: БАЛАНС МЕЖДУ ТРАДИЦИЯМИ И ИННОВАЦИЯМИ
Статья посвящена анализу исторического развития системы всеобщего среднего образования в Японии в период 1950–1970 годов, с особым акцентом на взаимодействие государственного и частного секторов, а также на образовательную политику, принятую в ответ на демографическое давление. Цель статьи — исследовать процесс расширения доступности среднего образования в Японии в послевоенный период и выявить социальные, политические и экономические факторы, повлиявшие на этот процесс. Научная новизна исследования заключается в комплексном рассмотрении механизмов государственно-частного партнерства, логики планирования образовательной инфраструктуры и межведомственных механизмов согласования, сформированных в условиях резкого роста спроса на среднее образование, обусловленного первой волной бэби бума. Научные задачи исследования включают: описание структурной эволюции японской системы среднего образования в 1950–1970 годы; выявление форм взаимодействия между государственным и частным секторами; анализ методов планирования образовательной инфраструктуры и статистического прогнозирования в условиях демографического давления; раскрытие характера межведомственных разногласий и механизмов согласования между Министерством образования, Министерством труда, Агентством экономического планирования и гражданскими движениями; оценку потребности в подготовке кадров для индустриального развития; анализ роли частных школ и тенденции ослабления профессионально-технического образования. В статье применяются историко сравнительный анализ, документальное исследование, статистико-аналитические методы, региональная кластерная классификация, обзор образовательной политики и институциональный анализ. Историко-сравнительный подход позволил реконструировать хронологию реформ в сфере образования в Японии; документальный анализ — интерпретировать государственные программы; статистические методы — количественно оценить влияние демографических изменений на школьную сеть; институциональный анализ — выявить механизмы взаимодействия государственных органов и частного сектора. Сочетание указанных методов позволило системно классифицировать региональные различия в развитии образования в японских префектурах, показать, каким образом, несмотря на государственное сопротивление и инфраструктурные ограничения, был обеспечен быстрый рост доступности среднего образования, а также выявить социально экономические предпосылки расширения частного сектора и факторы ослабления профессионально-технического образования. В заключение японская модель представляется в качестве эффективного образца национальной системы образования, способной адаптироваться к общественному запросу, сочетать гибкость политики и общественное партнёрство и результативно отвечать на демографические и экономические изменения.
СТАРТАП-ИНИЦИАТИВЫ В СОВРЕМЕННОЙ ЭКОНОМИКЕ: ОПЫТ КАЗАХСТАНА И КИТАЯ
В условиях глобализации и цифровой революции рост числа стартапов становится ключевым фактором экономического роста и прогресса. В данной работе проводится исследование особенностей создания и развития стартап-экосистем в Казахстане и Китае, а также их влияния на экономику и предпринимательскую деятельность. Целью исследования является сравнение стратегий, используемых этими странами для развития инновационного предпринимательства, а также выявление успешных государственных и частных инициатив, направленных на поддержку стартапов. В работе рассматриваются институциональные рамки, инициативы правительств, инфраструктура и механизмы поддержки стартап-экосистем в обеих странах. Особое внимание уделяется роли университетов, бизнес-инкубаторов, акселераторов и фондов венчурного капитала в развитии стартап-движения. В статье рассматривается стратегия Китая по стимулированию технологических инноваций в рамках инициативы «Сделано в Китае 2025» и усилия правительства Казахстана по модернизации цифровой экономики в рамках программы «Цифровой Казахстан» и создания Международного технопарка IT-стартапов Astana Hub. В статье также анализируются успешные примеры стартапов в обеих странах и выявляются проблемы, с которыми они сталкиваются, такие как доступ к финансированию, нехватка квалифицированных кадров и правовая неопределённость. Национальные особенности, менталитет и исторические модели экономического развития оказывают влияние на восприятие рисков, мотивацию к инновациям и готовность молодых предпринимателей участвовать в стартап-движении. Учет этих факторов позволяет разработать более целенаправленные и устойчивые подходы к развитию стартап-экосистем, ориентированные на долгосрочное развитие и устойчивый рост. Полученные результаты показывают, что, несмотря на различия в масштабах и уровне развития, обе страны успешно работают над созданием благоприятных условий для развития стартапов.
ВОСТОЧНЫЕ МОТИВЫ, СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ СРЕДА И ЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ ТРАГЕДИЯ В РОМАНАХ ЧИНГИЗА АЙТМАТОВА
Аннотация. Выдающийся писатель Чингиз Айтматов внес исключительный вклад в укрепление азербайджано-кыргызских литературных связей. Различные социально-философские проблемы, поднимаемые писателем в рассказах и романах, носят национальный и гуманный характер. Однако эти проблемы личности и общества, нравственной свободы личности, отношения природы и человека, причины человеческих катастроф и другие требуют всестороннего исследования и решения, особенно в его художественных романах прозаика. В творчестве Чингиза Айтматова национальный фактор проявляется в виде высоких и глубоких человеческих качеств, рожденных из общетюркского духа, кыргызской этнической мысли. Основной целью статьи является исследование восточных мотивов, социально-политической среды и темы человеческой трагедии в романах Айтматова, а также выявление их художественно-философского значения. В работе применяются текстологический, сравнительно-литературный и аналитический методы, позволяющие рассмотреть особенности художественной структуры произведений и раскрыть идейное содержание образов и мотивов. В результате исследования делается вывод о том, что в романах Айтматова восточная культурная традиция органично соединяется с глубоким социально-философским анализом действительности. Писатель через судьбы героев раскрывает трагедию человека в сложной исторической и общественной среде, подчеркивая необходимость сохранения духовных ценностей, национальной памяти и гуманистических идеалов.
ФОРМИРОВАНИЕ «КОРЕЙСКОЙ МЕЧТЫ» У МОЛОДЕЖИ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ
Исследование представляет собой комплексный анализ феномена «корейской мечты» как нового социокультурного конструктора, формирующего устойчивые миграционные тенденции среди молодежи стран Центральной Азии (преимущественно Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана). Целью данной работы является выявление и анализ механизмов формирования «корейской мечты». Значение работы состоит в понимании причин сдвига традиционной миграционной траектории, вызванного геоэкономическими изменениями и растущим культурным влиянием «корейской волны». Исследование трактует это явление как своеобразный социокультурный механизм, выражающий устойчивое желание молодого поколения к социальной мобильности и экономической свободе. Новизна заключается в комплексном анализе феномена посредством интеграции концепции «мягкой силы» Дж. Ная и теоретической модели «воображаемых миров» А. Аппадураи. Такой подход позволяет раскрыть механизмы формирования символического окрашенного, а не только экономически мотивированного, миграционного намерения, создаваемого культурной привлекательностью Южной Кореи. Ключевой тезис работы состоит в демонстрации того, что «корейская мечта» функционирует как культурная альтернатива западному идеалу успеха, предлагая в качестве ключей к достижению успеха принципы дисциплины, коллективизма и трудолюбия. Исследование реализовано посредством комплексного методологического подхода, включающего анализ статистических данных, научной литературы и анализа интернет пространства. Выявлены четыре ключевых катализатора «корейской мечты», как медийное воздействие, образовательная мобильность, высокие экономические стимулы и социально-культурные предпосылки. В результате обнаружен центральный парадокс: существенный разрыв между романтизированными ожиданиями и реалиями корейского рынка труда. Тем не менее, мотивация к длительному пребыванию остается высокой. Это объясняется тем, что Корея, даже в условиях тяжелого труда, предоставляет мигрантам реальную возможность для обретения экономической независимости и социальной мобильности, труднодоступной в условиях страны происхождения. Заключение подтверждает, что «корейская мечта» функционирует как стратегический этап для аккумулирования человеческого и финансового капитала, отражая транснациональный характер современной миграции.